Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
19:54 

Помойка-самоходка


18:51 

Собачий ящик на лыжах


08:17 

Дубравка


Хорошая книжка, и кино хорошее...

08:16 

Скорость гепарда, рык льва. Гарри Гаррисон

— Он едет, папа, — закричал Билли, взмахнув полевым биноклем. — Только что обогнул угол Лиловой улицы.

Генри Брогэн что-то удовлетворенно буркнул, не без труда усаживаясь за руль своего роскошного, это вам не микролитражка, лимузина: двадцать два фута длины, восемь — ширины, двигатель в триста шестьдесят лошадиных сил, четыре дверцы, кругом электромоторы, система кондиционирования. Между большой «баранкой» и кожаным передним сидением места хватало, но и Генри мог похвастать внушительностью габаритов. Он буркнул вновь, повернув ключ зажигания. Рев могучего двигателя заполнил гараж. Генри широко улыбнулся, поднося раскаленный прикуриватель к кончику длинной сигары.

Билли, присев за изгородью, не отрывался от бинокля. Наконец, крикнул, вибрирующим от волнения голосом.

— В квартале от нас и сбрасывает скорость!

— Поехали! — весело откликнулся отец и нажал на педаль газа.

Грохот выхлопа напомнил гром, открытые ворота гаража завибрировали, пустые консервные банки запрыгали на полках. Огромный автомобиль вырвался из гаража на подъездную дорожку, улицу и покатил с грацией и величием «Боинга-747». Ревя, как голос свободы, обогнул одноцилиндрового, из пластика и фанеры, расходующего один галлон на сто тридцать две мили, одноместного «экономного жука», за рулем которого сидел Саймон Писмайр. Саймон как раз собрался повернуть на свою подъездную дорожку, когда мимо проскочил дредноут автострад и поднятый им ветер едва не смел микролитражку Саймона с асфальта. Саймон, побагровевший от ярости, поднялся над ветровым стеклом, как суслик над норкой, в бессильной злобе потряс кулаком вслед Автомобилю, его слова заглушил рев восьми цилиндров. Генри Брогэн наслаждался этой сценой в зеркале заднего обзора, так смеялся, что пепел с сигары упал на брюки.

Действительно, зрелище было великолепное, кит, плывущий в косяке пескарей. Маленькие автомобильчики, снующие по улице, разлетались в стороны, водители, выпучив глаза, наблюдали как Генри проезжает мимо. Не меньшее внимание оказывали ему пешеходы и велосипедисты, успевшие оттяпать у автомобилистов немалую толику мостовой. Король в своей карете или лучший бейсболист Америки на плечах своих товарищей по команде не могли бы вызвать большего интереса. В этот миг Генри был королем дороги и сиял от удовольствия.

Впрочем, далеко он ехать не собирался. Автомобиль, глухо урча двигателем, дождался, пока вспыхнет зеленый свет, потом повернул за угол на Голливудский бульвар и остановился около аптеки. Выключать двигатель Генри не стал, вылез из кабины, что-то бормоча себе под нос, прикидываясь, что не замечает восхищенных взглядов всех, кто проходил или проезжал мимо.

— Отличная машина, — доктор Кайн, владелец аптеки, встретил его у дверей и протянул четырехстраничный экземпляр еженедельника «Лос-Анджелес таймс». — И, как я вижу, в прекрасном состоянии.

— Спасибо, док. Хороший автомобиль требует соответствующего ухода.

С минуту они поговорили об обычных мелочах: отключении света на Восточном побережье, школах, закрывающихся из-за недостатка электроэнергии, очередном экстренном послании президента, шансах Митчелла и Стена на освобождение на поруки. Потом Генри неспешным шагом вернулся к автомобилю, бросил газету на пассажирское сидение. И как раз открывал дверцу, чтобы сесть за руль, когда Саймон Писмайр подкатил на своем «экономном жуке».

— Действительно экономит бензин, Саймон? — с улыбкой спросил Генри.

— Слушай сюда, черт тебя побери! Ты выехал на этом танке и едва не раздавил меня! Я заявлю на тебя в полицию!

— Ну что ты, Саймон. Я ничего такого не делал. И близко к тебе не приближался. Смотрел очень внимательно, потому что разглядеть твою крошку иной раз не так-то легко.

Саймон залился краской, сердито двинулся к Генри.

— Не смей так со мной говорить! Я подам на тебя в суд вместе с твоим монстром, сжигающим наши бесценные резервы...

— Не горячись, Саймон. Твоя тикалка может и отказать, если будешь так волноваться. Ты в том возрасте, когда сердце надо беречь. И ты знаешь, что с законом у меня все в порядке. Все, кто мог, меня проверил, и комиссия по ценам и ресурсам, и департамент по налогам и сборам, и полиция, все. Они восхищались моим автомобилем, а уходя, пожимали мне руку, как джентльмены. Закон любит мой автомобиль, Саймон. Не так ли, патрульный?

О'Райли, который любовался автомобилем Брогэна, прислонив велосипед к стене, помахал рукой.

— Именно так, мистер Брогэн, — и нырнул в магазин, не желая втягиваться в дискуссию.

— Так-то, Саймон, — Генри сел за руль, чуть придавил педаль газа. Двигатель хищно взревел, и люди подались назад.

Саймон всунулся в окно.

— Ты ездишь на этом автомобиле только для того, чтобы досадить мне! Вот, зачем ты это делаешь! — прокричал он. Кровь еще сильнее прилила к голове, на лбу выступили капли пота.

Генри добродушно улыбнулся, затянулся сигарой, прежде чем ответить.

— Напрасно ты так. Мы же соседствуем много лет. Помнишь, как я купил «шеви», а ты, неделей позже, двухдверный «бьюик»? Я купил отличный, пусть и подержанный четырехдверный «бьюик», а ты в тот же день приобрел новый «торнадо». Я понимаю, чистое совпадение. А когда я вырыл у себя двадцатифутовый бассейн, ты, так уж вышло, вырыл тридцатидвухфутовый, да еще на фут глубже, чем у меня. Но меня это нисколько не волновало...

— Черта с два!

— Ладно, может и волновало. Но теперь не волнует, Саймон, абсолютно не волнует.

Он нажал на педаль газа, дредноут автострад величественно тронулся с места, обогнул угол и исчез за поворотом. И Генри, направляясь к дому, не мог вспомнить дня, когда солнце светило бы так ярко, а воздух был таким сладким. Действительно, чудесный выдался денек.

Билли ждал у гаража, закрыл ворота, как только их миновал сверкающий задний бампер. Громко смеялся, когда отец начал рассказывать ему о случившемся, а когда история подошла к концу, они оба разве что не покатывались от хохота.

— Жаль, что я не видел его лица, папа, ужасно жаль. Слушай, а почему бы завтра не увеличить громкость выхлопа? На выходе из усилителя можно получить двести ватт, а между задними колесами у нас двенадцатидюймовый динамик. Что скажешь?

— Можно, но только на чуть-чуть. Чтобы оставить что-то и на последующие дни. Давай взглянем на часы, — он повернулся к приборному щитку и улыбка сползла с его лица. — Господи, я проездил одиннадцать минут. Не знал, что так долго.

— Одиннадцать минут... примерно два часа.

— Я знаю, черт побери. Надеюсь, ты мне поможешь, а то у меня не хватит сил, чтобы поднять за обедом ложку.

Из ящика с инструментом Билли достал заводной ключ на длинном штыре, свернул крышку с бензобака, вставил ключ в гнездо. Генри поплевал на ладони, взялся за рукоятку.

— И пусть пружину придется взводить два часа, — пропыхтел он. — Овчинка стоит выделки.

@темы: авто

08:16 

Книжка Счастья. Николай Георгиевич Гарин-Михайловский

Посвящается моей племяннице Ниночке

Была когда-то на свете (а может, и теперь есть) маленькая, потертая,
грязная книжка. В этой книжке таилась волшебная сила. Кто брал ее в руки, тот
делался добрым, веселым, хорошим, и главное - тот начинал любить всех и только
и думал о том, как бы и всем было так же хорошо, как и ему. Купец не обманывал
больше, богатый думал о бедных, большой барин больше не думал, что он не
ошибается и что в его голове может поместиться весь мир. И все потому, что
тот, кто держал книжку волшебную, любил в эту минуту других больше, чем себя.
Но когда книжка случайно выпадала из рук того, кто держал ее, он опять начинал
думать только о себе и ничего больше не хотел знать. И если книжка вторично
попадалась на глаза, ее отбрасывали ногами, а то с помощью щипцов бросали в
огонь. Книжка как будто сгорала, все успокаивались, но так как книжка была
волшебная, то она сгореть никогда не могла и опять попадалась кому-нибудь на
глаза.
Был раз веселый праздник. Все, кто мог, радовались. Но маленький больной
мальчик не радовался. Его всегда мучили всякие болезни, и давно уж весь мир
казался ему аптекой, а все незнакомые люди докторами, которые вдруг начнут
насильно пичкать его разными горькими лекарствами.
Никто этого не любит, и вот почему мальчик, в то время как все дети
веселились, шел, гуляя с своей няней, такой же грустный и скучный как и
всегда. У него была большая тяжелая голова, которая перетягивала его, и ему
легче поэтому было смотреть вниз, и, может быть, вследствие этого он и увидел
маленькую грязную книжку. И хотя няня и тянула его за руку вперед, он все-таки
настоял на своем и поднял книжку
Он держал ее, и, чем крепче прижимал к себе, тем веселее становилось у
него на душе. Когда он пришел домой, увидев мать, он закричал радостно:
"Мама!" - и побежал к ней. И хотя по дороге выскочил папа который читал в это
время одну очень умную книгу о том, как надо обращаться с детьми, и крикнул
сердито своему капризному сыну: "Не можешь разве не кричать?" - мальчик не
обиделся и понял, что папа кричит оттого, что у него нет такой же книжки,
какая была у него.
И тетя, увидав его веселого, не смогла удержать своего восторга, бросилась
и начала его так больно целовать, что в другое время мальчик опять бы
расплакался, но теперь он только сказал:
- Милая тетя, мне больно, пусти меня, пожалуйста.
И хотя тетя еще сильнее от этого стала его тормошить, он терпел, потому
что понимал теперь, что тетя любит его и сама не понимает, что делает ему
своей любовью больно. Когда наконец мальчик прибежал к матери, он показал ей
свою книжку и сказал счастливый, приседая и заглядывая ей в глаза:
- Книжка...
Мать не знала, конечно, какая это книжка, но она видела, что сын ее
счастлив, а чего ж больше матери надо? Она захотела только еще прибавить ему
немного счастья и, погладив его по голове, ласково проговорила :
- Милый мой мальчик.
Да, мальчик был очень счастлив, и, когда няня, укладывая его спать, взяла
было у него книжку, он так начал плакать, что няня должна была возвратить ему
книжку, с которой так и заснул мальчик.
А ночью к нему прилетела волшебница фея и сказала:
- Я фея счастья. Многим я давала свою книжку, и все были счастливы, когда
держали ее; но, когда я брала опять ее от них, они не хотели второй раз
принимать эту книжку от меня. Ты, маленький мальчик, первый, который захотел
взять ее обратно. И за это я тебе открою секрет, как сделать всех счастливыми.
И хотя ты еще очень маленький мальчик, но ты поймешь, потому что у тебя доброе
сердце.
И так как этого именно и хотел мальчик, потому что такова уж была сила
волшебной книжки, то он и сказал фее:
- Милая фея! Я так хочу, чтоб все, все были так же счастливы, как я: и
мама, и папа, и тот плотник, который сегодня приходил просить работы, и та
старушка, которая, помнишь, шла и плакала оттого, что ей есть нечего, и тот
мальчик, который просил у меня милостыни... все, все, добрая фея!
- А если б для того, чтобы все были счастливы, тебе пришлось бы умереть?..
Хочешь знать секрет?
- Хочу!
- Тогда идем!
И прекрасная фея протянула мальчику руку, и они пошли.
Они вышли на улицу и долго шли. Когда город остался назади, фея показала
ему вверх, и хотя было темно, но там, на верху горы, высоко-высоко, ярко
горели окна волшебного замка.

Фея нагнулась к мальчику и сказала:
- Вот что надо сделать, чтобы все были счастливы. Там, в этом замке, спит
заколдованная царевна. Чтобы все были счастливы, надо разбудить ее. Но это не
так легко: сон царевны стережет злой волшебник. Ты видишь перед нами ту
большую дорогу, освещенную огнями, что идет прямо в гору? Видишь, сколько идет
по этой дороге детей? Многие из них идут туда, в замок, с тем, чтобы разбудить
царевну, но никто не разбудит! Это волшебная дорога: по мере того как они
подымаются в гору, их сердца каменеют, и, когда они приходят наверх с своими
каменными сердцами, они забывают, зачем пришли, и злой волшебник громко
смеется и бросает их в виде камней вон в ту темную сторону, откуда слышны эти
крики, плач и стоны.

- Это кто кричит?
- Те, которые ходят во тьме и в грязи. Они кричат, потому что им страшно и
скучно во тьме, кричат, потому что они в грязи, потому что хотят есть, кричат,
потому что надеются, что проснется царевна и услышит их голодные крики. Злой
волшебник смеется и бросает им вместо хлеба каменных людей, которые, падая,
убивают их, а они, не видя в темноте ничего, думают, что это камни летят в них
с неба или кто-нибудь из них же бросает их, и тогда они убивают друг друга.
- А зачем волшебник так делает?
- Он должен их мучить, потому что только этим темным местом и можно прийти
к дороге, ведущей в замок, к дороге, над которой уже не властна сила
волшебника. Но об этом никто не знает, и пока там и темно, и грязно, и страшно
- все хотят попасть на ту освещенную, но заколдованную дорогу. Какой хочешь
идти дорогой? Той ли, где темно и грязно и нет таких нарядных и веселых детей,
какие идут по этой большой прямо в гору дороге?
- Этой, - мальчик показал в темную и грязную сторону.

- Ты не боишься? Там злые дети, они ходят в темноте взад и вперед и, не
зная дороги, кричат и убивают друг друга; там может убить тебя камень
волшебника. Пойдешь?
- Да.
- Идем.
Они пошли, и мальчик увидел вокруг себя страшные лица злых детей.
- Дети! Идите за мной! Я знаю дорогу!
- Где, где?
- Сюда, сюда, идите за мной!
- Но разве есть другая дорога, кроме той, по которой идут те счастливые
дети?
- Ах, нет, той дорогой не идите. За мной идите!
- Но ты, как и мы, идешь без дороги?
- Нет, здесь есть дорога... Идите... со мной фея.
- А, глупый ты мальчик, мы устали и так, мы есть хотим... Есть у тебя
хлеб?
- У меня есть книжка счастья.
- О, да он совсем глупый... затопчем его в грязь с его глупой книжкой!
- Хочешь, улетим? - наклонилась к мальчику фея.
- Нет, не хочу... Они затопчут меня, но ведь книжка останется здесь... Это
хорошо, милая фея, и ты того, кто подымет ее, не правда ли, поведешь дальше?
Мальчик не слышал ответа: злые дети уж бросились на него и, повалив,
топтали его в грязь. И когда совсем затоптали, все были рады и прыгали на его
могиле. Они думали, что затоптали и мальчика, и его книжку. Но книжку нашли
другие и пошли дальше, а когда все ушли, фея вынула мальчика из грязи, обмыла
его и отнесла в замок к царевне.
Он не умер, он спит там в замке рядом с царевной, и ему снятся хорошие
сны. Добрая фея рассказывает их ему, когда прилетает с грязной и темной
дороги, по которой хоть тихо, а все идут и несут книжку счастья в
заколдованный замок.
И когда принесут наконец книжку - проснутся царевна и мальчик, погибнет
злой волшебник, а с ним исчезнет и мрак, - и увидят тогда люди, что для всех
есть счастье на земле.

* * *

08:15 

Рекламные трюки.

Автомобильные фирмы всегда старались подчеркнуть преимущества конструкции выпускаемых ими машин, дабы убедить публику выбрать именно их и ничью другую продукцию.
Ещё в конце позапрошлого века изобретатель Джоэль Пеннингтон сам выполнял рекламные рисунки своих машин, в частности, один из них показывал, как он лично перескакивает реку на мотоцикле своей системы. На реке полно лодок с воскресной публикой, берега также заполнены гуляющими, все эти люди несомненно подвергаются риску, но смельчак уверен в надёжности своего детища. Однако мистер Пеннингтон был известен, как выдающийся авантюрист, так что и рекламе его верить не стоит.

А вот Форд знаменитой модели Т взбирается по парадной лестнице некоего общественного здания.

Но скорее всего сделал он это не без посторонней помощи - ведь его мотор не имел бензонасоса и топливо поступало в поплавковую камеру карбюратора самотёком, из расположенного под сиденьем водителя бензобака. На крутые подъёмы машина заезжала задом - иначе мотор не смог бы работать.
Но покупатели легко верили в возможности Форда - ведь они подтверждались множеством реальных историй, рассказанных их владельцами, а также головокружительными трюками, которые вытворяли на Фордиках герои трюковых комедий с участием Китона, Ллойда, Лорела и Харди.

Вот Форды 49 модельного года, первые с момента, когда США в 42-м вступили в войну, новые модели Форд Мотор Компани, демонстрируют поистине головокружительные трюки.

Для демонстрации качеств новой подвески - заднего моста на рессорах с горизонтальными тягами и передней независимой на винтовых пружинах - компания наняла профессиональных каскадёров, специализирующихся на выполнении прыжков с трамплина Ramp Jump. Впрочем, Форды также зарекомендовали себя на службе в полиции, засветиилсь в массе кинофильмов, среди которых не последнее место занимали детективные боевики.

А вот просто фантастический трюк.

На Додж Лансер 57 модельного года установили твердотопливный ускоритель, предоставленный N.A.S.A., и разогнали до скорости около 170 миль/ч на поверхности высохшего соляного озера Мюрок. И всё для того, чтобы продемонстрировать безупречную работу новых тормозов. Испытание они выдержали блестяще.

@темы: авто

08:13 





БРЕКВАТЕР
м. англ. мол, насыпь, плотина, гребля, запруда в море, для удержания напора волн на рейд или гавань; бурестой, волнолом, затишь, затулье, застень, оплот. (Толковый словарь В.Даля)

А вообще брекватер - это водораздел =)

08:11 

Треснуть бы чайку чашечку-другую...



23:31 

Вот это - стол, за ним едят.


@темы: хэн

02:27 

Кем быть?

Я вот, например, девочка. Не простая, а особенная. Таких счас много. Раньше как-то всё больше дислоцировались в районе Бангкока, но уже сейчас нас много по всему миру, так что скоро нас будут воспринимать в порядке вещей и даже не будут оглядываться на нас, как будто так и надо. А я уже научилась на каблуках ходить, как любая порядочная девочка, афигеть какая у меНЯ походка сексуальная.
Но вот помойму очень круто быть такой монстрой, как была показана в кино "Люди в чёрном 2". Вот такой клубок из стремительно расползающихся суставчатых тентаклей... А я ещё мечтаю научиться удлинять свои конечности. Вот как моя конечность, многосуставчатая, узловатая, как корень какогонть фантастического дерева, пробивается сквозь стекло и бетон, опрокидывает магистральные автофургоны и тырит почём зря бургеры, доги и пиццу! Или откручивает голову одной стерве, есть тут такая, папашка у неё что-то типа олигарха...
Очень круто быть существом из бестиария. Только надо придумать облик покруче. Вот допустим - тело кошки, хвост варана, голова аиста, клюв дронта, зубы акулы, ноги жирафа, крылья нетопыря-вампира...
Или вот допустим я буду ксеноморфом. Прецтавьте - я ксеноморф, вижу, идёт такая кавайная лолечка о двух бантиках и с ранцем за плечами, но тут её окружают мои многочисленные тентакли, впиваются, раздирают её нежную плоть, высасывают все соки - и вуаля! Я принимаю её облик, натягиваю её белые гольфы и иду себе. Напеваю: "Тра-ля-ля! Тра-ля-ля!" Все смотрят и умиляются: "Ах какая лолечка!" И никто не подозревает, что это никакая не лолечка, а это злой ксеноморф, очень-очень опасный, и чуть что любому из вас крындец. Ксеноморф, то есть я, сожрёт вас, как бутерброд с шпротным паштетом, а от вас останется только ваша внешность, которую я без зазрения совести присвою, поскольку никакого зазрения совести у ксеноморфов не бывает!

В ксеноморфы я пойду - пусть меНЯ научат!

@темы: хэн

02:01 

Баллада о спятившем роботе.

Жил мальчик Федя в городе,
Обычный паренёк.
Но он мечтал о роботе,
Который всё бы мог.
"Зачем всё делать самому?
Я только кнопочку нажму,
Меня он тихо в нужный час
Открыть попросит правый глаз.
Когда открою левый глаз,
Поставит чайник он на газ,
Постелет за меня кровать
И станет в доме прибирать:
Цветы на окнах он польёт,
Пол пылесосом подметёт,
Посуду вымоет, потом
Погладит брюки утюгом,
К рубашке пуговку пришьёт,
Решит задачки и начнёт
Мне детективы вслух читать.
А я? Я буду слушать, есть и спать!"

Узнал учёный города,
О чём Федот мечтал,
И сделал ему робота,
И так ему сказал:
"В подарок робота прими,
Ты только кнопочку нажми,
Тебя он тихо в нужный час
Открыть попросит левый глаз,
Когда откроешь правый глаз,
Поставит чайник он на газ,
Постелет за тебя кровать
И станет в доме прибирать:
Цветы на окнах он польёт,
Пол пылесосом подметёт,
Посуду вымоет, потом
Погладит брюки утюгом,
К рубашке пуговку пришьёт,
Решит задачки и начнёт
Все детективы вслух читать...
А ты? Ты будешь слушать, есть и спать!"

Но слух прошёл по городу,
Ну, кто б подумать мог,
Случилось что-то сроботом
И робот занемог.
Но Федя этого не знал,
Он только кнопочку нажал,
И робот Феде в нужный час
Пропылесосил левый глаз,
Когда заплакал правый глаз,
Поставил робот стул на газ,
Полил из лейки он кровать
И стал всё в доме разбирать,
Помыл задачник, а потом
Посуду гладил утюгом,
К цветам он пуговку пришил,
А брюки к чайнику прибил,
Решать задачки он не стал,
Вслух детективы не читал.
И Федя, вы должны понять,
Не мог ни пить, ни есть, ни спать...

Зачем вам робот, не пойму?
Всё лучше делать самому.

/В.Медведев/


Вот эти картинки показывают нам, что находиться рядом со сбрендившими роботами опасно для жизни.


Потому как те начинают нехило домогатцо.

@темы: хэн, стихи, роботы

09:20 

Дио женился на Аль


11:19 

Еду тут на метре и чувствую, что поезд как будто заехал в другой мир. Лемони Сникета, где 90% людей левши. Или моей собсмтвенной книжки, где люди настолько толерантны, что хоть кого среди себя потерпят.
Прямо напротив сидит дива афролатинских кровей с лиловыми волосами и губами и ногтями того же цвета.
За ней сидит типчик - выпускник Беркли образца 69-го, когда развелось выше крыши 25-летних докторов наук, шастающих в Непал или какуюнть другую глушь с одним рюкзачком.
А дальше сидит дама с вытянутым и скорбным лицом, как изображал Модильяни, тёмные волнистые волосы, чёрный брючный костюм. У неё на коленях дремлет девочка - чудный златокудрый ангел. Иногда просыпается и начинает весело шебутиться. А мать смотрит на неё с таким видом, будто хоронить везёт.
Ещё в углу вагона стоял самый натуральный чёртик, лет так 7, который всё время гримасничал, у двери три весьма лихие девчонки. Когда-то такие необычайные граждане бросались в глаза, теперь не успеваешь их регистрировать сознанием.
Опять встретил граждан, одетых по-дореволюционному. А дитя, которое было с ними, было обычное современное, как все дети сейчас.

18:00 

Итак, вы бы пилотировали.... Valkiria Fighter
Вы - тот кто не земле тоскует по полетам. Вам без разницы где летать - в космосе или в небе. Вам просто надо летать. и если во время полета на своей верной "Валькирии" из глотки рвется песня - пойте, песня - лучшее оружие против врага. image Макросс
Пройти тест

21:29 

Голова - невероятно полезная вещь!

Головой мы едим, заплетаем на ней косички, разговариваем с её помощью, мило хлопаем глазками, у головы есть лоб, на котором можно написать что-то, что хочешь сообщить о себе миру, голова служит нам для красоты, головой можно вышибать двери, играть в футбол и боулинг, колоть дрова, забивать гвозди, проламывать кирпичные стены тройной кладки на яйцах, а ещё, что самое невероятное, головой даже иногда получается думать!

06:19 

Сказка о Диких Асках.

В одно жаркое лето решил я наведаться на Окинаву. На Окинаве, как известно, живут девочки-кошки, а они мне всё равно что кровная родня, прямо как комсомол. Рот фронт, так сказать, хинди – руси бхай-бхай и патриа о муэрте. Одним словом, полная марсельеза. И вот двинулся я в путь. Взял палку с рогатиной на конце, повесил на неё узелок с апельсинами и потопал не спеша. Шаг у меня лёгкий, дорога неблизкая, но торная. И погода хорошая.
Иду, чищу на ходу апельсин и отправляю в рот долька за долькой. Однако к обеду дорога пошла через крестьянские угодья, а там идти было рискованно. Не то чтобы окинавские крестьяне меня не привечали – как раз они были очень благодарны мне за то, что я во время восстания подсказал им идею драться нун-тяку заместо оружия. Но дело в том, что в полях на Окинаве полно лис. Вот это откровенное ворьё и мародёры, и крестьяне их не любят.
Когда крестьянин отдыхает в полуденный зной, чтоб потом снова жать до вечера, лиса норовит спутать колосья на поле. А пока крестьянин их распутывает вилами, лиса разворашивает его котомку и отсыпает себе табаку на понюшку, а остаток смешивает с землёй, золой костра и птичьим помётом. А то ещё отхлебнёт сакэ и выплюнет во флягу опивки. Противно!
В общем, лиса творит такие гадости, до каких не дотумкать и тануки. Тем более что тануки вообще не злые и могут наоборот сделать что-то хорошее. А лисы – от природы вредители. Мне самому от них доставалось, впрочем, и им от меня перепало.
И крестьяне всегда держат под рукой вторые нун-тяку, в которые врезан острый кремень. Когда они заприметят лису, то раскручивают нун-тяку и с маху отшибают лисе пол-хвоста. Лисе хвост попортить – хуже смерти. А у мня хвост тоже рыжий и даже на конце белое пятнышко. Только я его потерять тоже не хочу. Поэтому я хотел обойти поля стороной. Сошёл к реке и поплюхал зарослями камыша. Тут вылез на кочку каппа.
- Будьте здоровы, дедушка. – говорю я каппе и почтительно прижимаю ушки. Тот благодушно ответствует:
- И тебе здоровьица, нэко-кун. Какими ветрами тебя несёт и в какие края?
- Хочу, каппа-сан, повидать своих подружек – девочек-нэкочек. Как бы к ним добраться дорожкой покороче и от людей сторонкой?
- Так всё и иди рекой. – говорит каппа. Почесал плешь и говорит доверительно: - Тут за излучиной – болотце, пройти нетрудно, а дальше прогалина. От этой прогалины до твоих о-нэко рукой подать. Но на прогалине живут дикие Аски, а с ними связываться не советую.
- Что за Аски? – спрашиваю. – И неужто мне, храброму котёну, стоит каких-то Асок бояться, пусть даже они и дикие?
- Ну не знаю, - резонно замечает каппа, - но вот залетел к ним давеча мой знакомый тэнгу. Так, говорит, едва ноги унёс. Почти что напрочь нос оторвали!
- Нос у тэнгу, известно, - говорю, - многострадальный! Но мой покороче будет, а кроме того я и когодки выпустить могу. Пусть эти Аски так и знают! Покажь мне дорогу на прогалину, посмотрю я на этих Асок…
Распрощался я с каппой и пошёл болотцем. Вышел на прогалину. Смотрю – где тут эти Аски? Не видно. Может они совсем мелкие, вроде мышей? Вышел на середину, и вот тут-то началось. Сыпанули на меня дикие Аски с ветвей, как листопад. И облепили в один миг от ушей до кончика хвоста. Так что я под их тяжестью на лесной перегной свалился. А Аски меня скрутили сухой травой, как лилипуты Гулливера, и стали о чём-то друг с дружкой перешёптываться. А я тем временем на них смотрю – что, мол, за такие Аски знаменитые, что о них такая грозная слава.
Аски как Аски. Не совсем складные, но не без изящества. Коленочки остренькие, плечики узенькие. Держатся не без кокетства – девчонки, ясно. Взгляд скорее пытливый, чем злобный. Одна губку вздёрнет, носик наморщит – вот-вот фыркнет. Переглядываются, хихикают, в кулачок прыскают.
- Ах вы, - говорю, - Аски, лозы на вас нету.
Аски рассердились и стали меня кусать. А потом ещё укололи шипами какого-то растения. Но это им быстро надоело, они принесли сушёных грибов и стали меня ими кормить. Надо сказать, в сушке грибов они что-то понимают. Было вкусно. Они спросили меня, понравилось ли – сказал, что очень. Нельзя же огорчать девочек.
Я сообразил, что Аски боевые, но отнюдь не злодейки. Вот например эльфы – гордецы, они стараются заставить просить у них пощады, потому и доканывают своим озорством. Том-тим-тоты – пугают для того, чтобы их боялись, в основном дети, им нравится чувствовать свою силу. Колесуны и прочий сброд на границе между странами Оз и Эв – наводят страх на округу, чтобы творить, что им самим заблагорассудится, хотят местное добро, в первую очередь завтрачные и обеденные деревья к рукам прибрать и лодырничать в своё удовольствие. А Аски – совсем не то. Они сами себе платья из листьев и паутины смастерят, грибов, ягод наберут. А им внимания хочется. Чтобы похвалили их – какие они работящие, опрятные, как волосы себе причесали. А тэнгу – ну он решил показать им, какой он важный. Нибусь пугать их вздумал. А Аски этого терпеть не могут, вот и рассерчали.
У Асок неплохо было. Попросил я развязать меня, а потом научил их делать из семян бусы. Потом сказал, что мне надо к девочкам-кошкам, а я ещё вернусь. Они проводили меня и подняли шум на весь лес. Этих Асок там тысяч пять было.
Всё никак не могу выбраться в те края. Аски, верно, уж соскучились по мне. Дождусь лета и отправлюсь. Захвачу с собой по ленточке и по две заколки для них, а то совсем одичают.
Одну Аску я тогда с собой захватил, и теперь она у меня живёт. Совсем уже ручная стала.

21:14 

У податливых крестьянок
(Чем и славится Валдай)
К чаю накупи баранок
И скорее поезжай...
/Пушкин/

@темы: стихи

21:13 

Наконец из Кёнигсберга
Мы приблизились к стране,
Где не любят Гутенберга
И находят вкус в говне.
Выпил крепкого настою,
Услыхал "едрёну мать",
И пошли передо мною
Рожи русские плясать...
/Некрасов/

@темы: стихи

11:41 

В Волчьем Замке разбираются в shota?

В 90-е годы у Фольксвагена были два концепта микроавтомобилей, называвшихся в точности как персонажи нашумевшей хентайной истории о мальчиках-андрогинах, к тому же малолетних. В связи с этим возникают вопросы по поводу пристрастий должностных лиц из правления Фольксваген АГ.


Фольксваген Чико.


Фольксваген Пико. Серийный вариант известен как Люпо, имел двойника СЕАТ Ароса, сменившего выпускавшуюся более 20 лет Марбеллу, доставшуюся в наследство от ФИАТа (она была копией сверхпопулярной Панды.

Да и выглядят машинки так, что только японским хентайщикам на них и ездить. Ну и конечно любителям кавая ^^.

@темы: яой, хэн, авто

21:05 

- Бэрримор, что это на вас надето?
- Сэйлор-фуку, сэр.
- Бэрримор, вы отаку?
- Ня, сэр.

@темы: хэн

Замок, Который Стоит На Облаке

главная